Меню

Вылетающие деньги из трубы

Деньги вылетают из трубы

Какие реформы нужны нефтегазовой отрасли России

В следующем году власти Норвегии намерены «откупорить» свой суверенный фонд и использовать хранящиеся в нем «нефтяные» деньги для смягчения кризисных явлений в экономике. Об этом в интервью Bloomberg заявила премьер-министр Норвегии Эрна Солберг. Страна, долгое время сохранявшая статус самой благополучной в мире, столкнулась с рекордной за последние 11 лет безработицей и падением инвестиций в нефтегазовую отрасль. Между тем именно добыча и продажа сырья являются основным источником доходов для норвежской экономики. В этом плане норвежцы очень похожи на нас — вот только «нефтяная кубышка» у них намного больше, и используют ее они совсем не так, как мы.

Суверенный фонд Норвегии, по сути, является копилкой для ее доходов от экспорта нефти и газа. Его объем — 875 млрд долларов (для сравнения, Фонд национального благосостояния России — 75 млрд долларов). Подобную «кубышку» создают многие страны, являющиеся экспортерами энергоресурсов, в том числе и Россия. Правда, если у нас ФНБ в первую очередь является экстренным запасом на черный день, то для норвежцев необходимость создания суверенного фонда объясняется в том числе тем, что вбрасывать получаемые от ресурсов сверхдоходы в экономику сразу по мере их поступления крайне опасно. Нельзя, например, просто тратить эти средства на ежегодное повышение зарплат и т.д. — это приведет к существенному росту инфляции. Поэтому залезают в «копилку» только при острой необходимости сбалансировать бюджет. И как раз сегодня такая необходимость назрела: цены на энергоносители упали, и норвежский бюджет, рассчитанный исходя из высокой стоимости нефти, становится дефицитным.

Но любопытно здесь другое: как сообщила Солберг, за счет средств фонда правительство намерено не только компенсировать недополученные бюджетом доходы, но и провести некие преобразования, в том числе направленные на борьбу с безработицей и повышение конкурентоспособности норвежской экономики. Проще говоря, одна из основных целей Норвегии — использовать «сырьевые» деньги, чтобы уйти от сырьевой же зависимости. В свете того, что Россия вроде бы давно намеревалась сделать то же самое, есть смысл последить за столь похожими на нас еврососедями.

Важно подчеркнуть, что Норвегия — это именно та страна, по отношению к которой произносить слово «кризис» как-то язык не поворачивается. По версии различных рейтингов, она регулярно признается лучшей в мире по уровню жизни. «В принципе, и безработица в Норвегии низкая — чуть больше 4%, и у инвесторов в Норвегии есть все необходимое», — говорит Михаил Субботин, старший научный сотрудник Института мировой экономики и международных отношений. Но в относительном выражении даже такие показатели в стране считают серьезной проблемой. Настолько серьезной, что рассматривают ее как повод для наращивания расходов бюджета в условиях падения цен нефть. У нас ситуация заметно сложнее, да и запасы ФНБ намного скромнее, нежели в суверенном фонде у норвежцев. Поэтому и работать над повышением конкурентоспособности и уходом от сырьевой зависимости придется в разы усерднее.

В деле использования ФНБ для развития экономики российские чиновники — во всяком случае, как они пытаются это показать — делают ставку на развитие инфраструктурных проектов. Предполагается, что создание инфраструктуры сформирует условия для развития производства и бизнеса и подтолкнет экономику. Например, без нормальной дороги нельзя построить в том или ином регионе какое-либо производство, потому что вывезти товары будет невозможно. А если проложить дорогу на средства ФНБ — тут же объявится бизнес, который построит там завод, а завод даст рабочие места и будет платить налоги. И все довольны.

Но инфраструктура инфраструктуре рознь. Как считает аналитик Фонда национальной энергетической безопасности Игорь Юшков, за счет ФНБ финансировать надо те проекты, которые создадут наибольший мультипликативный (то есть распространяющийся на множество смежных отраслей) эффект в экономике.

Например, в числе проектов, на которые могут быть выделены средства ФНБ, — судоверфь «Звезда» на Дальнем Востоке. На ней предполагается строить танкеры, газовозы и другие крупные суда, которые сейчас в России не производятся. По задумке российских властей, после строительства верфи отечественные компании будут размещать заказы в России, а не в Южной Корее. На Дальнем Востоке появятся рабочие места и источник налогов, к тому же верфь будет заказывать много стали для изготовления судов, а это означает загрузку металлургических заводов, которые, в свою очередь, закупают руду и электроэнергию. Появляется спрос по цепочке производства — это и есть мультипликативный эффект.

Читайте также:  Осветительная арматура дымовой трубы это

Впрочем, в условиях кризиса стоит делать важную поправку: лучше выделять средства на те проекты, гарантии реализации которых выше, чем у остальных. В частности, такие проекты уже должны быть в высокой стадии готовности либо иметь иные надежные источники финансирования.

Наконец, при отборе можно руководствоваться принципом сокращения затрат. Так, например, развитие производства газомоторного топлива приводит к сокращению затрат на эксплуатацию автобусных парков и парков специальной техники (строительной и для нужд ЖКХ); к тому же высвобождаются объемы нефти и нефтепродуктов, которые можно будет экспортировать, получая дополнительную прибыль в бюджет.

Кстати, пока правительство решает, куда бы потратить нефтяные накопления, надо одновременно думать над тем, как их максимизировать. Наращивать добычу не вариант, поскольку продавать больше, чем у нас покупают, мы все равно не сможем. Остается только одно: перераспределять уже имеющуюся выручку от продажи в пользу государства. Но у нас до сих пор все происходило с точностью до наоборот: перераспределение идет в пользу частного бизнеса. Причем иногда доходит просто до абсурда.

Например, главные налоги нефтегазовых компаний в России — это НДПИ и экспортная пошлина, то есть государство взимает платежи с объемов добычи и экспорта ресурсов. В середине 2000-х нефтяники активно продвигали идею: мол, налоговые ставки должны зависеть от условий добычи на разных месторождениях, иными словами, налогом должен облагаться не доход, а чистая прибыль. В итоге начиная с 2007 года государство изо всех сил вводит все новые и новые налоговые льготы для добывающих компаний — лишь бы им жилось одинаково хорошо на всех месторождениях. Обосновывается это тем, что, мол, иначе нефтяники не согласятся разрабатывать месторождения с трудно извлекаемыми запасами — якобы потому, что налоги там подчас превышают размер прибыли.

А ведь государство могло бы поступить намного проще: лишить ресурсодобывающие компании прибыли как таковой — и вопрос с налогами сразу отпал бы. Все издержки на добычу (не важно, из каких месторождений) примет на себя бюджет, и все доходы, соответственно, должен получать он же. Что же касается тех, кто сейчас владеет нефтегазовыми предприятиями и инфраструктурой, по-хорошему они заслуживают лишь окладов за услуги по менеджменту.

И тогда не ровен час наша «кубышка» станет не менее увесистой, чем у норвежцев. И мы тоже, как они, сможем и развивать экономику, и без особых потрясений переживать периоды спадов. По словам Субботина, в Норвегии суверенный фонд уже не раз помогал в полном объеме выплачивать пенсии и выполнять другие социальные обязательства государства в период падения цен на нефть. А во времена стабильности средства фонда, как правило, инвестируется в акции норвежских же компаний, но не занятых в нефтяном секторе: так и влияние скачков мировых цен на нефть на доходность вложений минимизируется, и ответственный бизнес получает поддержку. Как говорится, почувствуйте разницу: свободные средства нашего ФНБ по большей части инвестируются в поддержку не российской, а американской экономики. А если и расходуются, то крайне редко идут на социальные нужды. Как сказал партнер RusEnergy Михаил Крутихин, «опыт показывает, что в России Фонд национального благосостояния и прочие суверенные фонды действительно расходуются на благо граждан, но только не всех, а избранных».

Уважаемые читатели! Подписывайтесь на нас в Твиттере, Вконтакте, Одноклассниках или Facebook.

Читайте также:  Как проверить соосность трубы

Источник

Коммунальные деньги вылетают в трубу: новое средство наживы в сфере ЖКХ

Питерская история с контрафактными трубами разрослась до всероссийских масштабов

Скандал в системе жилищно-коммунального хозяйства в Санкт-Петербурге, буквально взорвавший СМИ, оказался лишь ниточкой, потянув за которую, удалось размотать целый коррупционный клубок, связанный с ремонтом сетей тепло- и водоснабжения.

Напомним, что в конце ноября в Санкт-Петербурге были арестованы несколько высокопоставленных городских чиновников, входивших в состав преступной группы, действовавшей в сфере ЖКХ. Расследование началось после целой серии аварий в сетях тепло- и водоснабжения. Причем рвались трубы практически сразу после ремонта.

Выяснилось, что вместо новых труб в землю укладывались старые, но отреставрированные. Правда, ремонт этот носил чисто косметический характер. Сертификаты о соответствии стандартам этих труб попросту подделывались. По оценке правоохранительных органов, всего в Петербурге проложено 600 км таких несоответствующих ГОСТу труб.

Впрочем, эта проблема, как оказалось, характерна не только для Северной столицы. По данным Фонда развития трубной промышленности, в крупных российских городах треть труб в системе ЖКХ уже побывала в эксплуатации и выработала свой ресурс. Срок службы такой старой или, в лучшем случае, отреставрированной трубы – от трех лет до нескольких дней.

Этой теме был посвящен недавний брифинг директора Фонда развития трубной промышленности Александра Дейнеко, пишет «Независимая газета».

По мнению самих производителей труб, ситуация в сфере ремонта коммунальных сетей на сегодня угрожающая. В период с 2000 по 2012 год в России сформировался настоящий теневой рынок отреставрированных труб, которые применяются в ЖКХ.

На этом рынке сегодня заняты более 90 предприятий, 34% которых расположены в Москве. Минпромторг оценил емкость этого рынка в 700 тыс. тонн, в то время как весь трубный рынок страны составляет 2,7–2,8 млн. тонн. Это значит, что если не каждая третья, то уж каждая четвертая труба, закупаемая для ремонта водопроводов и тепловых сетей, может оказаться контрафактной.

Предприятия, занимающиеся такой реставрацией, скупают отжившие свой век трубы за бесценок: стоимость такого лома на рынке составляет 12-17 тысяч рублей за тонну. При этом новые трубы стоят порядка 30 тысяч рублей за тонну. Именно эта разница рождает спрос на некондиционные трубы.

Как подчеркнул Александр Дейнеко, определить качество трубы «на глазок» невозможно — отреставрированные трубы на вид смотрятся, как новые. К тому же все эти трубы имеют заводской сертификат подлинности, правда, поддельный.

Подмена выявляется лишь во время эксплуатации: новая труба служит 25 лет, а старые — максимум три года. Именно этим объясняются многочисленные аварии в коммунальных сетях, и аварий таких с каждым годом становится все больше.

Как предлагают в Фонде развития трубной промышленности, необходимо ввести полный запрет на использование старых труб в строительстве и в сфере ЖКХ, однако для этого необходимо изменить действующее законодательство.

Впрочем, даже если эти меры будут приняты, не факт, что они окажутся эффективными. Как показывает практика, запреты и прочие ужесточения не всегда приносят нужный эффект. Бороться необходимо с коррупцией, ведь каким бы строгим не было законодательство, если чиновник, отвечающий за контроль, будет брать взятки, закон работать не будет.

Источник

В Барвихе прошел «Сердечный прием»

В субботу в концертном зале «Барвиха Luxury Village» состоялся «Сердечный прием» благотворительного фонда топ-модели Натальи Водяновой «Обнаженные сердца». В этом году по итогам продажи билетов и 14 лотов аукциона, на котором были представлены предметы современного искусства, удалось собрать €1,7 млн. Почти половину сборов обеспечил скромный благотворитель из «Газпрома», сделавший условием своих трат клятвенное обещание от организаторов не выдавать прессе его имя.

Построив огромное количество игровых площадок в неблагополучных городах по всей стране, около года назад фонд «Обнаженные сердца» перешел к более масштабным задачам. Теперь его основная деятельность — создание центров поддержки семей, в которых воспитываются аутичные дети или дети с синдромом Дауна. Глобальная цель фонда — сделать так, чтобы абсолютное большинство таких детей воспитывалось не в интернатах, как это происходит сейчас в России, а в семьях, как в Швеции.

Читайте также:  Мерилон для труб диаметром

В этом году благотворительный вечер как-то сам собой стал моделью московского общества в миниатюре. До начала ужина, пока гости разминались шампанским, это было еще не вполне очевидно: был заявлен black tie, и все пространство фойе концертного зала заполнилось вечерним парфюмом, пышными юбками, бриллиантами, не всегда настоящими, и смехом, не всегда искренним. Но едва гости расселись за столы, как все само собой упорядочилось. Со сцены ведущий вечера Андрей Малахов призывал оставить все разговоры о политике. Но, глядя на зал, о ней можно было не говорить, но нельзя было не думать. За одним столом оказались доверенные лица кандидата в президенты Владимира Путина худрук МХТ Олег Табаков с супругой Мариной Зудиной и актриса Чулпан Хаматова. За другим — видные оппозиционеры: редакционный директор Esquire Андрей Лошак и журналистка Ксения Собчак. Тут же нашел свое место новый главред GQ Михаил Идов, а также предприниматель Умар Джабраилов. Даже несмотря на присутствие госпожи Собчак, выглядел он в этой компании странновато. Впрочем, сам виноват: по слухам, господин Джабраилов приложил изрядные усилия к тому, чтобы пройти на благотворительный аукцион бесплатно, хотя билет стоил всего 60 тыс. руб. Несколько столов занимали представители таких немаловажных для российского общества компаний, как BMW и Louis Vuitton. Еще один стол заняла компания haute couture нарядных и щедрых дам из Казахстана, которых госпожа Водянова назвала своими близкими подругами. В соответствии с российскими же представлениями о прекрасном, гостей угощали салатом с камчатским крабом под выступления артистов балета. Надо полагать, для полноты картины на столах стояли цистерны по 0,7 л с водкой под названием «Нефть».

Модель, основатель Благотворительного фонда «Обнаженные сердца» Наталья Водянова во время «Сердечного приема» от фонда «Обнаженные сердца». Прием прошел в Концертном зале «Барвиха Luxury Village»

Фото: Вячеслав Прокофьев, Коммерсантъ

Когда с ужином почти покончили, госпожа Водянова поднялась на сцену, произнесла вдохновляющую речь, и начался аукцион. Его ведущими стали глава аукционного дома Phillips de Pury Симон де Пюри и весьма неоднозначная фигура в решении вопросов о семейном счастье адвокат Александр Добровинский. Под управлением этих мужчин сборы просто никак не могли быть низкими. Уже первый лот — бриллиантовое колье — они смогли продать за €80 тыс. Они ловко дирижировали борьбой между «казахским» столиком и неким господином, постоянно тянувшим вверх табличку с номером 007. Как показало дальнейшее развитие событий, табличка попала в такие руки, что ей не хватало только мигалки и букв ЕКХ. По крайней мере по самомнению ее держателя. Примерно к середине аукциона дело дошло до продажи работы Дэвида Датуны, на которой изображена сама госпожа Водянова. Очень быстро ставка выросла до €100 тыс., когда стало понятно, что за лот борются неутомимый 007 и новый игрок с табличкой 001. Это была госпожа Собчак. Предложив €500 тыс., госпожа Собчак прокомментировала: «Андрей, если вы не остановитесь, я всем расскажу, где вы работаете!» Андрей не остановился. Работа ушла за €600 тыс. «Граждане,— взяла слово госпожа Собчак,— сейчас мы все с вами стали свидетелями того, что борьба с «Газпромом» бесполезна! Андрей, я расскажу о вас на следующем митинге». Организаторы мероприятия очень просили не раскрывать фамилию столь щедрого мецената. «Он сказал, что не заплатит, если его фамилия и фото появятся в газете»,— пояснила пресс-секретарь фонда Дарья Светланова. Уважая интересы благотворительности, сообщим только, что широту души проявил заместитель генерального директора одной из стопроцентных дочерних компаний ОАО «Газпром». Похоже, они с госпожой Собчак неплохо знакомы: по завершении аукциона скромный благотворитель подошел к ней, чтобы слегка придушить.

Источник

Adblock
detector