Заслуженный ветеринарный врач РФ Эльвира Рожкова

8 апреля 2016

«ЛАСКОЙ МОЖНО ДОБИТЬСЯ ЛЮБЫХ РЕЗУЛЬТАТОВ»

Благодарные нижегородцы, которым Эльвира Юрьевна помогла вылечить от тяжелых недугов домашних котов и собак еще в далеких 90-х, до сих пор помнят ее советы и слагают о ней легенды. Коллеги, проработавшие с ней не один десяток лет, до сих пор навещают ее дома и отзываются об учителе с глубоким уважением. У заслуженного ветеринарного врача Российской Федерации Эльвиры Рожковой уникальный послужной список: имея активный стаж 64 года, 40 из них она проработала по совместительству главным ветеринарным врачом Горьковского цирка и станции по борьбе с болезнями животных Канавинского района Нижнего Новгорода. Она входила в вольеры к тиграм и лечила слонов портвейном «Три семерки». В 2007 году уйдя на пенсию, сегодня в свои 82 года она до сих пор консультирует пациентов. Мы побеседовали с Эльвирой Юрьевной о ее уникальном призвании и необычной жизни.

– Неужели у вас не было страха перед хищниками?

– Нет, потому что думала прежде всего о деле. Однажды в цирке у пумы случилась проблема с глазом, и меня позвали осмотреть ее. У нас для таких целей имелась специальная небольшая клетка, которая как бы зажимает, фиксирует животное, и оно не может повернуться ни в какую сторону. Но часто ею пользоваться нельзя, потому что от стресса животное теряет обоняние и не может исполнять привычные репризы. И мы не стали фиксировать пуму, хотя она сильно вертела головой. Я говорю служащему цирка: «Давай ты ее отвлечешь, она глаз повернет, и я впрысну ей альбуцид». Он мне отвечает: «Да ладно, я сейчас ее возьму за ушки сзади и так зафиксирую». А в следующий момент я увидела у нее во рту кровь: она откусила ему фалангу пальца… Был опасный случай с лошадью – примой-балериной, у которой веко оказалось на полсантиметра обрезано. Я сделала ей блокаду и накладывала последний шов. Видимо, в этот момент кончилась анестезия, ей стало больно, и она подскочила резко вверх «на свечу», толкнув тумбу, на которой я стояла. Если бы не удержавшие ее джигиты, меня давно бы не было на свете. Был оригинальный случай со слонихой Рэси, которая заболела профузным поносом. Я стала высчитывать, сколько ей дать таблеток, оказалось – килограмм, представляете? Как его давать, он же не полезет ей в рот. И тогда я прописала ей советский портвейн «Три семерки», который обладал крепящими свойствами, – целое ведро. Она выпила его в один глоток, как бы мы сказали, после этого обвила меня хоботом за коленки и начала качать. А недели за две до этого мне рассказали, как она так же обвила одного служащего цирка, который, видимо, жестоко с ней обошелся, отбросила его, и он испустил дух. Представляете мое состояние? Я не помню, как я кричала и потом встала на ноги. А мне говорят: «Не кричи, она тебя благодарит». Слоны ведь пьяницы известные. Я читала, что в дикой природе они собирают виноградную лозу, складывают в яме и спустя время, когда ягоды начинают бродить, пьют. С тех пор, когда я приходила в цирк на работу, то угощала Рэси яблоком или батоном, а она в ответ издавала громкий трубный звук. Но это очень злопамятные животные, что проявилось позднее с другим слоном, который заломил ногтевое ложе. Обработать его йодом было нельзя, иначе ноготь стал бы синим, а их к выступлениям специально у всех слонов красили в белый цвет. И тогда я решила использовать чистый спирт. Мы зашли к слонам в вольер, я обработала ему ноготь спиртом, и вдруг он издал звук, сигнализирующий о том, что ему больно и меня надо наказать. Он взял меня за шею, другие слоны – за ноги и за пояс, и они разорвали бы меня, если бы дрессировщик Корнилов не закричал на них с невероятной громкостью. Они отпустили меня.

– И вы не боялись каждый следующий раз снова идти к таким животным?

– Понимаете, нет. У меня даже появлялся чисто профессиональный задор – решить проблему, ведь я врач. Прибыли как-то в цирк яки, и у одного из них на щеках гнила челюстная кость. Нужно было ввести ему препарат, но непонятно как, ведь он легко бьет головой балку в полтонны. И у него именно в этот момент случился приступ ярости. Работники, стоявшие рядом со мной, стремительно перепрыгнули через двухметровый забор, я немного замешкалась и тоже вслед за ними махнула, хотя забор был гладким и не за что было ухватиться. Скажите, откуда я взяла силы это сделать, ведь никто меня не приподнял, не поддержал? Уверена, что это Бог меня поднял, иначе я бы не перепрыгнула. «Еще стоит и смеется!» – сказал про меня опешивший дрессировщик. Так что смертельно опасных ситуаций было много.

u1RMtFPpUl8.jpg

– Получается, что вы, работая в цирке, были отважнее многих мужчин?

– Могу сказать, что цирк мне очень многое дал, в том числе материальное благополучие. У нас была очень маленькая жилплощадь, но на основной работе у меня никто не принимал заявление на улучшение жилищных условий. А в цирке мне помогли получить кооперативную трехкомнатную квартиру, хоть мы и оплатили ее своими средствами. Директор цирка Иван Панкратович Маринин меня очень ценил. Когда на одной из планерок сотрудники стали возмущаться, что квартира досталась мне, а не им, он сказал: «Вот если вы все, здесь находящиеся, напишите заявление об уходе, я всем подпишу, а Эльвире Юрьевне – нет. За 310 рублей никто в клетку к тигру не войдет, она единственный врач, который входит, лечит и будет лечить. Что бы она у меня ни попросила, я все для нее сделаю».

– Понятно, что материальные стимулы играли в то время большую роль, но ведь вы на совесть делали свое дело, и у вас успешно получалось лечить животных.

– Всякое было. Перед моим приходом в цирк там умерли три морских льва. При мне еще четыре умерло – всего семь. А каждый морской лев стоил тогда примерно две «Волги». Я пыталась найти ответ, собирала консилиумы, в том числе приглашала ученых из Москвы, и вот один кандидат наук сообщил, что прочитал в журнале «Наука и жизнь» заметку о том, что морские котики погибли в море от нефти, которая разлилась из танкера. А дело в том, что бак, который в цирке устраивали для наших морских львов, прошивали битумом, то есть получилось, что мы их травили. Но кто же мог об этом знать? Меня вызвали в Москву на «разбор полетов», я объяснила, в чем дело. Еду обратно, думаю: ну всё, отправят на Соловки, но обошлось.

– А как вы решили стать ветеринаром?

– Знаете, тяга к животным у меня была с детства, я даже не выбирала этого. Маленькой девочкой я, например, однажды принесла домой в подоле соседских цыплят, думая, что им нужна помощь. Мама мне, конечно, велела их отнести обратно. Однажды я лет в пять потерялась, и мама заставляла нашу собаку Азу искать меня. Но Аза только виляла хвостом и уходила в конуру. Оказалось, что я спала в конуре, а меня искали. Аза меня часто с прогулок приводила: я брала ее за холку, и она вела меня домой. Мы жили в частном доме и держали много разных животных, в том числе лошадей, которых очень любил папа. Папа Юрий Викентьевич был литовцем, его семья переехала в Нижний Новгород из Литвы во время I Мировой войны. Папа очень любил животных и передал мне эту любовь. Прежде чем покушать сам, он кормил их. К нам часто приходил лечить животных ветеринарный врач Валентин Петрович Кирьяков, который и стал моим наставником в этом деле. Меня это очень интересовало, я постоянно заглядывала к нему. И он начал меня учить, говорил, где нужно погладить, где использовать лекарство. И я, будучи ребенком, гладила корове вымя, а папа с мамой боялись, как бы она меня не оттолкнула. Когда я подросла, начала сама что-то делать: то ножки собаке перевяжу, то курице ноготок или лапку подлечу. В основном ихтиолом – в то время у нас ничего другого и не было. В 1947 году был голод, и я 13-летней девочкой, чтобы заработать хоть что-то, в совхозе «Горьковский» била щебенку все лето, – вставала в 5 утра и приходила домой в 10 вечера. 12 километров шла пешком туда и обратно. После школы я поступила в Лысковский ветеринарный техникум, а позже – в Московскую ветеринарную академию. В 1960–1970-е годы был период, когда я 10 лет работала без отпуска – то работников не хватало, то ситуации были проблемные. Тогда у нас команда была небольшая: врач, фельдшер и два санитара, а лечить нужно было несколько стад животных в разных районах – на Сортировке, на Березовской, в Орловских Двориках. Только в Гордеевке сдавали каждую неделю 2 тонны свинины, и мы должны были следить за здоровьем этих животных. Кстати, в цирк я попала тоже благодаря Валентину Петровичу Кирьякову, который обслуживал его долгие годы. Я часто ходила с ним туда и смотрела, как лечили животных. Со временем он освободил это место, и я начала там работать по совместительству.

3cap_IrBXHE.jpg

– У вас всё идет из детства, как будто кто-то предначертал, по какому пути вам двигаться.

– Да, можно так сказать. Но если бы не мои родители, не мой муж, которые все мне помогали, мои коллеги и начальники, которые меня профессионально консультировали и помогали создавать комиссии для решения проблем, я не состоялась бы как профессионал. Я до сих пор им благодарна, и мы поддерживаем связь. А с цирком связана большая часть моей жизни, хотя поначалу знаний не хватало – мы пользовались журналом «Наука и жизнь» и многотомным исследованием немецкого ученого Альфреда Брэма. Это позднее в вузах стали изучать болезни животных, а сейчас многие пользуются Интернетом, у нас же этого не было. Кстати, мне доводилось уезжать в продолжительные гастроли по Латинской Америке и Европе с Московским цирком, который составлял гастрольную программу на основе номеров цирков из разных регионов, в том числе Горьковского. До сих пор помню, как в Мексике мы были поражены окружающей нищетой, как у детей не было возможности учиться и жить в нормальных условиях, хотя центральные улицы блестели от роскоши витрин. Помню, женщина кормила ребенка, сидя на ступенях дома, и вдруг повалилась на бок от истощения. В коробках жили бездомные, на окнах – решетки, которых у нас в стране тогда вообще не было… Когда я стала работать в цирке, у нас в доме завелся целый мини-зоопарк: медведи, лиса, орел, морские свинки, попугаи, которых или списывали, или я брала к себе на лечение, чтобы наблюдать за ними круглосуточно. Однажды мне отдали на лечение большого белого попугая, который клювом легко, одним щелчком, дробил спинки стульев. Он оказался страшным матерщинником – набрался этого от артистки, с которой долго работал. Причем делал это очень смышлено. Мы как раз переехали в квартиру, так все соседи были в шоке от его речей. Причем он индивидуально подходил к делу – ругался с конкретными людьми. Однажды мы привезли его в сад, так все дачники бросили работу и сбежались к нам смотреть на это диво – попугай костерил их такими словами, которые трудно найти нормальным людям. И вот я его вылечила, год он у нас прожил, привык к тому, что ему все позволяли делать, ни в чем не ущемляли. Через год бывшие хозяева попросили привезти его обратно в цирк, хотя я их предупредила, что он у них не будет жить в неволе – привык к домашним условиям. Но они настояли на его возвращении. Попугай вцепился в перекладину в вольере, куда его поселили, три дня не ел, не пил, не шелохнулся даже и умер от тоски. Знаете, как я плакала! Получилось, что я предала его, но ситуация была мне не подвластна.

– То есть животные понимают человека?

– Если говорить о собаках и котах, то они прекрасно понимают человеческие интонации. Есть масса примеров, когда они меняли свое поведение после серьезных внушений. Но больше животные понимают ласку. Силой их можно взять, но редко. У нас был случай с белым медведем, которого дрессировщик Синицын случайно ударил по носу, и началось кровотечение. Что делать? Внутривенно лекарство не введешь, зафиксировать его нельзя, только успеваем прикладывать лед, который везут с реки в больших количествах. Я думала-думала и решила ввести в сгущенку, которую медведи очень любят, хлористый кальций. Часа два мы бились над ним, думала – потеряем медведя. А что самое опасное, любое животное, если нападает на человека, всем своим экстерьером это показывает – мимикой, телом, голосом, а медведи улыбаются и скальпируют вас. То есть с ними надо быть очень осторожными. Но мы зверя все же спасли.

– Какие общие рекомендации вы могли бы дать хозяевам котов и собак? На что обязательно обращать внимание в их воспитании и профилактике болезней?

– Прежде всего, нужно обязательно прививать от бешенства и чумы, обрабатывать от клещей, а также два раза в год давать противоглистное средство. Животное должно больше гулять, а не так, как сейчас, – выведут собаку на улицу, она оправится и обратно домой. Нехватка ультрафиолетовых лучей отражается на общем здоровье, начинаются кожные заболевания. И главное – это терпение, которое поможет воспитанию животных. Маленькие котята или щенки такие же неученые, как и маленькие дети, они могут нагадить или сделать еще что-то плохое. Поэтому надо терпеливо учить ходить их в лоток, делать другие необходимые вещи, и результат появится. Важно понимать, что это живой организм, а не кукла, которой можно вертеть как угодно. Нужно промывать чашки для питания, вода для питья должна быть чистой, лучше родниковой. И хорошо бы туда бросить серебро, чтобы его ионы очищали воду. Если это не получится, лучше не заводить животное, чтобы его не травмировать. Оно так же может огрызаться, наносить удары, поцарапать, укусить. Ваша агрессия вызовет у него обратную агрессию, а лаской можно добиться любых результатов.

– Как вы относитесь к проблеме кастрации и стерилизации? У меня есть знакомые кошатники, которые резко за и резко против этого.

– Смотря какие цели они преследуют. Если держат животных для потомства – это один вопрос. Если же нет, то у меня кот кастрированный. Если он куда-то уйдет и пропадет, я буду сильно переживать. Расскажу вам поучительный случай. Взяла я однажды кота на дачу, и он пропал на третий день. А мы ему накануне еще и когти подрезали, потому что он любил демонстрировать, как высоко прыгает. Звала я его, звала, но кот не откликнулся, и я расплакалась. И тут знакомые женщины мне говорят: «А ты читай «Богородицу» (молитву «Богородица Дево, радуйся…») 50 раз, и после каждых десяти проси Ее о том, чтобы кот вернулся». Я прочитала 50 раз, пошла собрать землянику на грядках и вдруг слышу: «Мяу». Это мой Рыжик вышел из соседской малины. Я его раньше на кровать не пускала, а тут разрешила хоть на голову садиться, – такая большая была радость от его возвращения. Прошла неделя, и я спрашиваю у него: «Рыжик, чем же ты питался, три недели пропадал?» А он мне через час несет в зубах маленького мышонка, минут через десять еще одного, потом и третьего. Продемонстрировал. Хотя дома я его кормлю и натуральным мясом, и рыбой, и кормом из пакетиков.

KiN26oSUg74.jpg

– Мне доводилось слышать от одного итальянца, как он, проживая в русской семье, был поражен тем, насколько понятливым там был кот. Как вы считаете, мы больше кошатники или собачники?

– Думаю, больше кошатники. У нас даже в церковь котов разрешают вводить, а собак – нет. Хотя у священников в последнее время мнение по этому вопросу меняется. Может быть, это идет из истории, ведь раньше церкви на Руси были деревянными, в них водилось много полевок, мышей. А на частном подворье традиционно держали разных животных.

– Когда умирает домашний кот или собака, для детей это большая трагедия. И некоторые священники советуют родителям даже прибегать ко лжи во спасение – говорить, что их питомцы воскреснут в Царствии Небесном, хотя учение Церкви это отрицает. Что вы можете сказать о душе животных, опираясь на свой богатый опыт?

– Знаете, в последнее время люди сильно очеловечили домашних животных. Некоторые коты могут даже сказать: «Мама». Мой кот, например, говорит: «Да». Может быть, скоро они будут нашу речь воспроизводить, потому что наше мышление им передалось. Это можно объяснить по Павлову – инстинкт, который мы все время им внушаем. Я не слышала, чтобы кто-то еще из животных мог воспроизводить человеческую речь. Лошадь, например, умное животное, но этого ей не дано, хотя она интересно смеется, с сияющими глазами. А если она полюбила человека, то при его появлении очень громко заржет и затопает ногами, полезет целоваться. Жаль, что сегодня многие дети лишены общения с лошадьми, ведь это стоит денег, которые не у всех есть. Поэтому вместо общения с животными их воспитывает улица.

kWqq-MZirso.jpg

– Сравнивая нынешнее время и прошлое, как бы вы их оценили?

– В прошлые годы было больше человечности в людях, искренность была, не было жадности и зависти. Сейчас с кем ни поговоришь, обязательно проявится зависть по отношению к чьему-либо материальному достатку. А не все ли равно, сколько денег иметь? Ведь мы с собой на тот свет ничего не возьмем. Мне кажется, и к животным лучше относились раньше. Хотя в 50-е годы, когда я еще работала санитаркой на железнодорожном ветеринарном пункте, у нас были единичные случаи обращения с кошками, собаками или попугаями, в основном заботы была о качестве животноводческой продукции. Помню, я участвовала в выставках с собакой-боксером, и никто никому не завидовал. А сейчас так много скандалов сопровождает выставочную деятельность, много зависти и несправедливости. Среди врачей тогда была сплоченность, мы до сих пор созваниваемся с бывшими коллегами, ходим друг к другу в гости. 1 января мне исполнилось 82 года, и я благодарна Богу, что Он дал мне возможность находиться на этой земле: думать, ходить, мечтать, молиться Ему. Сейчас болезни одолевают, мне бывает тяжело, но я все равно надеюсь на помощь Божью. Да и мир не без добрых людей, мне все время попадаются хорошие люди, я не встречаю злых, на что многие сегодня жалуются. Папа мой тоже очень верил в Бога, правда он был католик. Но с мамой венчался в православной церкви. Я помню, мы отмечали главные церковные праздники, папа часто крестился, но я вслед за мамой выбрала православие. Мне даже как-то довелось поучаствовать в обращении в православие одного корейца Андрея. Он был водителем одного моего знакомого, с которым мы встретились на православной ярмарке. Я собралась купить кирпичик для строительства церкви, знакомый тоже захотел, и его водитель заинтересовался этим. Вдруг позвонил мне через несколько дней и сказал: «Я хочу креститься, можете мне помочь? И если можно, в Дивееве». Я позвонила главному ветврачу Дивеевского района и попросила посодействовать. Он пригласил нас приехать в определенный день с Андреем, и его окрестили. А позже мы устроили поработать трудницей в монастырь одну его знакомую.

– Как вы в советское время решали вопрос веры?

– Я всегда верила в Бога, и для меня не было сомнений в том, что, например, дочь нужно крестить обязательно. Правда мне попытались воспрепятствовать, но время было уже такое, что за это не ссылали и не расстреливали. Помню, в детстве однажды я вышла на улицу, смотрю – мальчишки пинают икону Николая Угодника по талому снегу. Я взяла икону, помыла ее, и до сих пор она находится у нас дома. Я часто молилась Николаю Угоднику, особенно в войну, когда было трудно. У нас тогда забрали лошадей для конной дивизии. Папа ушел в армию, хотя муж сестры хотел его оставить по брони на заводе. Но папа сказал: «А кто будет защищать моих детей и Родину?» – и ушел на фронт. Прошел всю войну, был неоднократно ранен, а в 1962 году умер от рака желудка в 54-летнем возрасте. Незадолго до смерти он спросил у меня, сколько ему осталось жить. А я сказала себе: «Какой же я буду врач, если не вылечу своего папу?» До меня не доходило, что представляет собой эта болезнь и насколько она не изучена. А мама, хотя у нее был инсульт и повышенное давление, дожила до 94 лет.

kAVn2kS7AzU.jpg

Беседовала Светлана Высоцкая

Благодарим
за помощь:

  • 07.12.2017 Пожертвование 1512657007 1000.00 рублей на tes2
  • 07.12.2017 Пожертвование 1512657054 1000.00 рублей на tes2