Кинорежиссер Александр Велединский

12 февраля 2016

«Я всю жизнь всматривался в человеческие лица»

Нынешний год объявлен в России Годом кино, в рамках которого уже прошли и еще пройдут многочисленные мероприятия. Чтобы побеседовать об этом важнейшем из искусств, в Нижнем Новгороде, в кинотеатре «Орленок», состоялась встреча с журналистами кинорежиссера и сценариста Александра Велединского, обладателя престижных наград и премий различных кинофестивалей. Автор фильмов «Дальнобойщики», «Ты да я, да мы с тобой», «Бригада», «Русское», «Живой», «Географ глобус пропил», «Ладога» рассказал о своих творческих планах, симпатиях, жизненном и профессиональном кредо.

– Вы человек с техническим образованием, но снимаете философское кино, которое заставляет задуматься… Что это – философия вашей личной жизни, мечта детства или что-то еще?..

– Я не знаю, что означает термин «философское кино». К тому же считаю, что задуматься заставляет необязательно только философское кино. Тем более что в философии не разбираюсь совершенно. Когда я в политехе сдавал философию, то выучил два вопроса из всех. Мне попался билет, где были именно эти два вопроса, и я сдал предмет на «четверку». Я называю такие фильмы не «философскими», а «содержательными». И именно на таких фильмах я сам воспитан. Мне интересен человек. Как говорил известный американский режиссер Билли Уайлдер, «Я всю жизнь всматривался в человеческие лица и не знал ничего более интересного». Кстати, свой первый фильм я пытался снимать с соседским парнишкой, когда учился во втором классе.

– Как сейчас обстоит дело с государственным финансированием кино?

– Плохо. Денег нет. Я сейчас снимаю фильм без копейки государственных денег. И другие так снимают. На государственную поддержку сейчас могут рассчитывать только фильмы «про войну» и «про борьбу». Денег на кино не дают, и тем не менее у нас объявлен Год кино. Будут ли новые фильмы? Конечно же, будут. К сожалению, в России нет киноиндустрии. Есть производство сериалов, но нет своего Голливуда, который, кстати, когда-то был – на многочисленных наших киностудиях, работавших в разных городах Советского Союза и, в частности, столицах союзных республик. Сейчас почти все эти студии есть, но это ничего не значит. Мы даже базируемся на этих студиях, арендуем какие-то площади, но это ни на что не влияет. Таким же образом я могу базироваться в каком-то кафе. Поэтому в работе рассчитываю на свои силы и на людей, которые помогают, – все это частные лица. Потом, когда к середине года процесс раскачается, государство, наверное, мне поможет. Но мой опыт таков: «Русское» был снят полностью на частные деньги, «Живой» – с привлечением небольших госсредств на постпродакшне, «Географ» – полностью при господдержке, но там средства были выделены заранее.

– А чем конкретно вы сейчас занимаетесь?

– Все мои мысли последнего года направлены на работу над картиной «В Кейптаунском порту», основанной на событиях из жизни моего отца. Сценарий базируется на реальной истории и посвящен жизни ветеранов Второй мировой войны в 90-е годы. Фильм делаем с маленьким бюджетом, как всегда, и поэтому с большими остановками. Мы сняли уже три четверти картины, остались только самые дорогостоящие съемки – в Кейптауне. Кастинги и выбор натуры мы провели в декабре, всех нашли, со всеми договорились. В этом городе, кстати, очень плотно снимает вся Европа, улицы буквально расписаны между киностудиями, но мы нашли неделю в марте. Пока снимаю фильм без господдержки, но надеюсь, что она появится. Если не появится, то картина будет закончена через два-три года. Это в некотором роде фильм-эксперимент – без главного героя. Хотя такового можно определить, но я сейчас не скажу, кто это. Когда фильм выйдет, зрители сами определят. В картине заняты актеры Юрий Кузнецов, Сергей Сосновский, Владимир Стеклов, Анна Уколова, Женя Ткачук, которого вы знаете по главной роли в «Тихом Доне». Я, кстати, просто обожаю это сериал – посмотрел его два раза и очень благодарен Сергею Урсуляку за то, что он его снял.

Также сейчас мы с Петром Тодоровским, сыном Валеры, пишем сценарий к фильму «Обитель» по роману Захара Прилепина. Права куплены, уже как полгода тщательно работаем. Но для этого фильма нужен большой бюджет, чтобы, в частности, строить «монастырь», ведь нас не пустят на территорию действующего. Причем он должен после этого еще простоять полгода, чтобы обветриться всеми ветрами, и лишь потом можно приступать к съемкам.

– Говоря об экранизации «Обители», Захар Прилепин сказал, что доверил бы съемки фильма по этой книге только вам. С чем это связано?

– Думаю, Захар сказал так не потому, что я его любимый режиссер, а оттого, что мы с ним вместе стояли у истоков этого романа. Когда-то продюсеры предложили мне снять картину о Соловках, и Прилепин был первым, кому я позвонил. Я ему предложил поработать вместе, и он сказал: «Да ты что, это совсем не моя песня, я не знаю, что делать с этим историческим материалом». Я попросил его подумать, пообещав перезвонить недельки через две. Но он перезвонил мне на следующий день и сказал: «Я уже подумал, мне все нравится». И мы с ним и с продюсером полетели на Соловки. Мы договорились с Захаром только об одном: действие будет происходить в двадцатые годы, ну или в тридцатые. Он хотел написать рассказ или повесть, но через три года вышел огромный роман. Так что, видимо, его приглашение мне – дань тому, что я подтолкнул его к этому роману. В данном случае Захар поступил так, как поступали в свое время Лимонов, Леша Иванов: он полностью доверяет непосредственным «делателям фильма». Потому что книга и так хорошая, ну а если получится еще и хороший фильм, автор будет только рад. Если же фильм не получится, автор просто разведет руками.

– А можете назвать фильмы, которые вам особенно понравились в последние годы?

– Пожалуй, самое большое впечатление на меня произвел фильм «Шапито-шоу» Сергея Лобана с Петром Мамоновым в главной роли. Кто-то очень точно его назвал инновационным кино. Это кино, у которого многим есть чему учиться. А если говорить не о кино, то в последнее время на меня невероятное впечатление произвел роман «Лавр» Евгения Водолазкина. Это очень сильно! Я не знаю, какая у него судьба, проданы ли кому-то права. Я бы его выбрал для работы, но это очень дорогостоящий проект.

19967.jpg

Когда вы будете снимать фильмы в Нижнем Новгороде, и почему до сих пор этого не сделали?

– Друзья мои, я все время об этом думаю. Я снимал свой первый студенческий фильм здесь, в кинотеатре «Рекорд». Но пока у меня не случилось сюжета, который подходит для Нижнего. Когда мы снимали фильм «Живой», мы во многом спонтанно выбрали место съемок. «А давайте поедем в Липецк!» – предложил кто-то из съемочной группы. Дело в том, что в фильме не назывался конкретный город, в котором происходит действие. Вот американцы снимают везде, а у нас берут, как правило, только Москву и Питер. Основное действие обычно всегда происходит там. Но мы поломали эту систему, уехав в Пермь снимать «Географа…» и обозначив этот город в фильме. Хотя, кстати, автор романа Иванов – наш земляк, горьковчанин. Если я буду делать «Обитель», то, понятно, будем снимать на Соловках. Хотя мы предполагаем, а кто-то нами располагает. Конечно, я хочу снять кино в родном городе.

– Скажите, что сложнее – снимать фильм по собственному сценарию от начала до конца или быть автором идеи?

– Без разницы, скажу вам. Потому что ты уже выбрал этот фильм. Хотя у меня был однажды опыт, когда фильм сам выбрал меня. Это была «Ладога», которую каждый год с тех пор показывают по телевизору в день снятия блокады Ленинграда. Поэтому я ее не считаю полностью своей картиной – я ее не делал, а спасал, и вообще «влетел» в нее за три дня до начала съемок: Валерий Тодоровский попросил меня спасти проект, с которого ушел режиссер. Мне все равно, в общем, снимать ли экранизацию или делать что-то по собственному сценарию, потому что быстро начинаешь болеть фильмом. Обычно я не снимаю построчно, а делаю по мотивам. Пытаюсь донести не всё подряд, а то, что меня самого волнует. Кто-то давно сказал, но я повторю: фильмы для меня – как дети, с ними так же возишься.

– Меняется ли ваше отношение к таким проектам, как «Бригада» и «Дальнобойщики», ведь с тех пор многое в нашей жизни поменялось?

– Да нет, у меня ничего не меняется. «Бригаду» обожаю, «Дальнобойщиков» тоже люблю. Ведь что такое режиссерская работа? Это, в первую очередь, общение, отношения с людьми – с авторами, актерами, продюсерами. Нам была поставлена определенная задача: снять народное приключенческое кино. Сейчас, когда бастовали дальнобойщики по всей стране, меня спрашивали об отношении к ним. Я – за дальнобойщиков, они молодцы. В «Бригаде» я – за бригаду. Я – за то, чтобы жизнь в нашей стране была не по «понятиям», а по закону, поэтому снял картину «Закон». И я жалею этих парней из моего двора, которые давно лежат на нижегородских кладбищах – в Марьиной роще, в Сормове, в Ольгино, да и по всей стране.

Сегодня часто говорят о том, что инвестиции в культуру – это инвестиции в будущее России. Что вы об этом думаете?

Абсолютно то же самое. Надеюсь, что то, чем я занимаюсь, является частью культуры… И надеюсь, что это полезно. Не думаю, что один фильм может изменить мир, но культура в целом меняет и будет менять человечество. Вспомним, например, конец восьмидесятых годов в нашей стране: я точно помню, что последний перелом произошел, когда был опубликован «Архипелаг ГУЛаг»: как только его напечатали – всё, пошло, и было не остановить эту машину! Начали снимать с полки фильмы, находить книги запрещенные… Но я в то время возвращаться не хочу. Слишком серьезные были проблемы.

– А какие сегодня есть проблемы в кино, помимо отсутствия государственных денег? Может быть, зритель не идет в кинотеатры, не готов к каким-то картинам?

– Ну, может быть, пора уже нас, режиссеров, менять?.. Все хотят кино про себя. Любите людей, и все будет хорошо. Хотя я не люблю советовать другим, ведь сам могу провалиться с любым проектом. Никто из великих от этого не застрахован. У того же Феллини от «Восьми с половиной» до «Амаркорда» – девять лет. Кино делают живые люди, которые могут ошибаться. Да и вообще, хорошего мало всегда. Но зритель пойдет, если про него кино, – тот же «Географ…» это доказал. Сегодня в нашем обществе ситуация такова, что если ты чего-то плохого не делаешь, то уже герой, – мне об этом не так давно сказал один знакомый журналист. Ты герой, если не наркоман, если не переспал со школьницей, как географ… Я не люблю всю эту чернуху смаковать и считаю, что от таких «героев» нужно избавляться, хотя и обеими руками голосую за жесткое кино.

– Как вы оцениваете кинопроцесс в Нижнем Новгороде, в частности работу нижегородского детского кинофестиваля «Филин» и деятельность Школы Константина Хабенского, с которым вас связывают крепкие узы дружбы и сотрудничества?

– Все, что относится к творчеству, я лично только приветствую. Слава Богу, что такой фестиваль появился, и огромное спасибо всем, кто его организовал и поддерживает. Что касается школы, которую Костя здесь открыл, – спасибо, что помогли, хотя случилось это не сразу, а гораздо позже, после открытия подобных школ в Казани, Уфе и т.д. У этой школы нет задачи воспитывать чемпионов и сделать всех актерами, но ее выпускники однозначно будут людьми с хорошей культурной прививкой, которые не сделают многих плохих вещей.

Записала Светлана Высоцкая

Благодарим
за помощь:

  • 24.03.2017 Пожертвование 1490361176 100.00 рублей на tes2
  • 24.03.2017 Пожертвование 1490361269 100.00 рублей на tes2
  • 24.03.2017 Пожертвование 1490361338 100.00 рублей на tes2
  • 31.03.2017 Пожертвование 1490965688 100.00 рублей на помощь Алене Орловой
  • 31.03.2017 Пожертвование 1490965718 100.00 рублей на помощь Алене Орловой
  • 12.04.2017 Пожертвование 1491998350 1000.00 рублей на востановление колокольни