Епископ Выксунский и Павловский Варнава о посте

24 марта 2015

«Пост помогает нам понять, кто мы есть на самом деле»

Глава Выксунской епархии дал интервью на «Радио Выкса». Беседа с корреспондентом Надеждой Кондрушиной была посвящена теме Великого поста. В прямом эфире архипастырь ответил также на многочисленные вопросы радиослушателей. Представляем вашему вниманию печатный вариант этого интервью.

- Как воспринять Великий пост правильно, чтобы постящемуся он не показался обычной диетой?

- Великому посту предшествуют приуготовительные недели. Они помогают человеку понять, что пост – это дело духовное, которое нельзя воспринимать как диету, хотя о теле тоже надо заботиться. Некоторые гастрономические ограничения, разумеется, необходимы, но вовсе не для того, чтобы как-то поправить свое здоровье. Не для того Господь пришел на землю, проповедовал Евангелие, терпел страдания за нас, чтобы мы не ели, например, колбасу. Постясь – и подражая тем самым Господу, – мы должны понять, что смысл поста – в удержании от зла. Причем того зла, что в нас, к сожалению, присутствует. Мы все время пытаемся бороться с тем злом, которое вне нас, а за собой его не хотим замечать. И если нам об этом скажет кто-то со стороны, можем даже как-то не очень хорошо ответить. А зла в нас, конечно, немало. Закваски всех страстей в сердце нашем живут: и гордость, и тщеславие, и гнев, и блуд, и гневливость, и леность, – чего только нет! И мы этого не чувствуем. А пост помогает все это увидеть в себе, потому что власть плоти над духом во время поста ослабляется. В обычное же время мы, к сожалению, более плотские, нежели духовные.

- А что такое духовность?

- Может показаться, что это достаточно сложно определить словами, это что-то высокое и красивое, неосязаемое. Но на самом деле духовность имеет очень четкие признаки и конкретные черты. Если кратко, то духовность – это сопричастность духа человека Духу Божиему. Для достижения этого христианин должен исполнять заповеди Христовы. Заповеди – это не система запретов. Запреты содержатся в Ветхом Завете (не убей, не кради, не прелюбодействуй…). А в Новом Завете Господь призывает нас к обновлению ветхозаветных заповедей, чтобы мы стремились стяжать добродетели: кротость, смирение и другие. Христос изложил это в Нагорной проповеди, входящей в Новый Завет. Мы должны стремиться преодолевать свои страсти, которые часто являются искаженными добродетелями. Например, искаженная страстью любовь – это разврат, поэтому семейная жизнь – хорошо, измена – плохо. Пост – время воздержания, то есть удержание себя от страстных мыслей, чувств и дел. Нужно уметь сдерживать себя, поскольку во всем хороша мера. Святитель Василий Великий говорил: то, что выше потребности, – суетно. Можно добавить: и грешно. Вопрос меры, золотой середины очень важен, в том числе, и в отношении поста. Как в данном случае войти в эту меру? Человек для этого может утеснять себя даже больше, чем это нужно, чтобы потом опытным путем дойти до золотой середины.

- Зачем нужны ограничения в пище?

- Пост духовный – главное, но это не значит, что можно есть все подряд. Хотя в Новом Завете звучит и такая мысль: не то, что входит в уста, оскверняет человека, а то, что из них исходит. Человек может решить так: буду есть все продукты, зато никого осуждать не буду. Но вот проходит день, другой, он ест все подряд, но и осуждает всех подряд. Иначе у него не получается! Потому что телесный пост – это первая ступень на сложном пути самоограничения. Ты сдержи свое чрево, сдержи потребности своего желудка, а там, глядишь, и что-то другое сумеешь. Есть расхожее выражение: человек то, что он ест. Это не совсем так, но на духовное состояние человека действительно влияет то, что он употребляет в пищу. Поэтому «разгрузочные диеты» важны и для тела, и для души. Святые отцы так и говорили: «Постимся, братья, телесно, постимся и духовно».

- Но едва ли каждый может выдержать пост…

- Поэтому мы постимся посильно, по мере своих возможностей. Действительно, монастырский устав Великого поста очень строг. Не каждый мирянин может его выдержать, но тот, кто может, да будет благословен и пусть попробует. Многое зависит от решимости. Если человек намерен поститься, понимает, для чего это нужно, все получится.

- Отчего во время поста люди сердятся, становятся более раздражительными, чем обычно?

- Агрессивность и раздражительность во время поста – такое бывает. Но вовсе не значит, что этого нет, когда мы не постимся. Просто во время поста мы в себе больше замечаем того, чего не должно быть, так как строже к себе относимся. Конечно, действует и объективный закон. Когда мы начинаем поститься, мы выходим на брань. Брань – это война. Война с сущностями, которых называют бесами, которые всеми силами мешают нам идти по пути спасения, отвлекают нас от верного пути к Богу. Но не нужно все валить на них. Они просто возбуждают страсти, которые живут в нас. Естественно, что, когда мы постимся, брань увеличивается – действие равно противодействию. Мы наносим им урон, они стараются поранить нас. Как говорил один афонский старец, если мы метаем в бесов пули и снаряды, то не будем ожидать, что в ответ к нам прилетят конфеты и шоколад. И еще надо помнить, что плоть – это некоторая буферная зона, некая завеса, которая нас ограждает от духовного мира. Когда мы начинаем поститься, эта завеса истончается, и мы бываем более восприимчивы к влиянию на нас духовного мира. И если мы при этом не молимся, не каемся, не занимаемся богомыслием, то лишаемся духовной защиты в усилившейся брани. Надо помнить, что пост и молитва – это два крыла, которые возводят человека к Богу, очищают его душу и тело. И если человек постится и духовно, и телесно, то Господь ему помогает. Своими силами очень трудно бороться с раздражением, с осуждением и прочими страстями. Возможно, не сразу все получится. Но кто сказал, что можно сразу в рай войти? Почитайте, например, преподобного Ефрема Сирина, который вначале очень сомневался в промысле Божием, был раздражительным и гневливым, а каким стал в конце жизни? Его намеренно пытались вывести из себя, и ничего не получалось. Его характер был преображен благодатью Божией. Но этой перемене предшествовал серьезный и многолетний духовный труд. Пост помогает нам понять, кто мы есть на самом деле. Мы постоянно находимся в самообольщении, самолюбовании, лжем себе постоянно. Мы даже готовы сами о себе сказать что-то неодобрительное. Но не дай Бог, чтобы о нас это сказал кто-то другой.

- Насколько часто нужно исповедоваться во время Великого поста?

- Чем чаще, тем лучше. Это касается как таинства исповеди, так и таинства причащения. Возможно, текущим Великим постом кто-то приступит к таинству исповеди впервые. Прежде всего, нужно понять, что все мы грешники. Мало это констатировать, нужно покаяться перед Богом. Некоторые говорят: «Если я встану перед иконой и покаюсь, Бог меня не услышит, что ли? Он ведь всегда и везде». Такой подход неверен, хотя, конечно, Бог слышит все. Но таинство исповеди установил Сам Христос, и дал апостолам благодать совершать его. А священники – преемники апостолов: через таинство хиротонии, через рукоположение передается благодать прощать и разрешать человека от грехов. Одно дело, когда ты просто каешься, и совсем другое, когда делаешь это перед свидетелем, которым является священник, от Бога имеющий власть прощать тебе грехи. То есть прощает Бог, но благодать, очищающая душу от грехов, дается Христом именно в этом таинстве. Покаяться – это хорошо. И если мы согрешим, нужно сразу, хотя бы мысленно, попросить прощения у Бога. Но это не отменяет исповеди. Потому что именно в этом таинстве происходит очищение души. Священник так и говорит в молитве: «аз же точию свидетель есмь» – «я же только свидетель, и буду свидетельствовать перед Христом все, что скажешь мне». А если что скроешь, вина усугубится. Ты в больницу пришел – и не должен уйти неисцеленным. Ты можешь сделать это, но тогда зачем ты вообще приходил?

- Бывает очень стыдно произнести вслух то, о чем предпочел бы забыть, как о страшном сне. Как преодолеть этот страх?

- Надо показать раны духовные, и стесняться здесь нечего. Священник – тоже человек, и у него тоже есть немощи. И, исповедуя, он столько всего уже наслушался, что удивить его нечем. Собственно говоря, таинство священства дает любому священнику сострадание грешнику. Потому во время исповеди он не осуждает, а сопереживает. Конечно, это в идеале, ведь священники тоже бывают разными. Но большинство из них к таинству исповеди подходит ответственно. Не нужно их стесняться еще и потому, что все равно откроется всё: рано или поздно придется каждому переходить в иную форму бытия, открывающуюся за порогом смерти. И лучше открыться духовнику, тогда никто ни здесь (разглашение тайны исповеди для священника смертный грех), ни, главное, там об этом не узнает, потому что грех исчезает. Приходить на исповедь нужно! Знаю, многие имеют такую потребность, а духа не хватает сделать это. Но нужно постараться подвигнуть себя, и станет легче. А то ходят люди с залежами грехов и не понимают, что жизнь их идет криво по той причине, что они столько всего в себе накопили! Любой грех, запомните это, имеет послевкусие. Скорби житейские, многие болезни и проблемы – это следствие грехов. И, исправляя себя внутри, мы исправляем свою жизнь вовне. Люди, живущие духовной жизнью, прошедшие горнило испытаний, могут засвидетельствовать это. А как готовиться к исповеди, можно узнать из тех специальных брошюр, что продаются в любом храме.

- Исповедуются обычно перед тем, как причаститься. Но что делать, если смысл таинства причащения не вполне понятен?

- Перед причащением нужно исповедоваться обязательно. А постом особенно часто нужно причащаться, поскольку мы нуждаемся в духовном подкреплении. Причащаться нужно, потому что таинство причащения – самое великое среди таинств Святой Церкви, оно соединяет нас с Господом. Мы причащаемся Тела и Крови Христовых, принимаем всего Христа в себя. В маленькой частичке содержится вся полнота Святых Тела и Крови Христа, то есть мы причащаемся Божественного Естества. Опять же, если нет в это веры, как подходить к таинству? И если ее нет, подходить нельзя. Но если мы хотим поверить и временами сомневаемся, нужно просить у Бога: «Господи, помоги мне, дай мне веру в это таинство». Если человек ищет Бога, он к Нему придет и поймет, что таинство это необходимо. Если человек ищет духовного, Бог пойдет ему навстречу.

- Надо ли поститься детям? Если да, то с какого возраста?

- Если семья благочестивая, то есть старается придерживаться Церковного устава, разногласий в части того, поститься ребенку или нет, не возникает. Но семьи часто неоднородные. Например, жена воцерковленная, а муж нет, или наоборот. И кто-то скажет из них, что нельзя ребенку поститься, вредно. Вредного-то ничего нет, потому что детям пост всегда послабляется, и лет с пяти-шести их уже надо к посту приучать. Что любят дети? Сладкое, мультфильмы посмотреть, игры, компьютер – в этом и можно ограничивать. В пище также ограничения быть должны, но не такие уж строгие. В каждом случае – индивидуальное решение. Приучать надо постепенно, но так, чтобы годам к семи навык поста у ребенка сложился.

- В этом же возрасте ребенок впервые идет к исповеди?

- Да, существует практика, что исповедовать детей надо с семи лет. Она условна. Бывает, что ребятишки сами хотят исповедоваться и в шесть лет, и даже в пять. Препятствовать этому не следует. А кто-то и в семь еще не готов. Это зависит от того, насколько развитие души опережает развитие тела.

- Есть ли какие-то особые правила по подготовке ребенка к святому причащению?

- Ребенок должен прочесть несколько молитв ко святому причащению вместе с родителями, причем им следует объяснять ему суть таинства. Понятно, что причащающийся младенец не понимает того, что он делает. Но это не значит, что благодать Божия, которая передается таинством, не действует на него. Многие родителя также чувствуют это, замечая, что после причащения младенец делается более спокойным, умиротворенным, – ему прививается духовное. А когда ребенок уже входит в разум, начинает правильно понимать происходящее, ему надо объяснять все. И здесь труд родителей очень важен. Разумеется, они читают каноны и последование ко святому причащению. Понятно, что час-полтора для малыша много. Родители читают, а он может постоять рядом с ними несколько минут. Можно прочесть вместе с ним какие-либо короткие молитвы. Главное – объяснять ему все, механического повторения быть не должно. Когда за внешним человек не видит внутреннего, это опасно, это плохо. И ребенок, видя с детства постоянно церковные праздники, священнодействия, но не понимая их сути и духа происходящего в храме, вырастет равнодушным к вере, не будет понимать сути православия.

Отмечу и следующее: детей до семи лет причащают только Кровью Христовой, а после семи – Телом и Кровью. Поэтому в среду и пятницу Великого поста, когда совершается литургия Преждеосвященых Даров, младенцев не причащают. Дары заготавливаются заранее, в воскресенье накануне. Так что Великим постом маленьких детей можно причащать только в субботу и воскресенье.

- Чем глубже вникаешь в церковную жизнь, пытаешься жить ею, тем больше появляется вопросов. Где лучше искать ответы, с кем советоваться?

- У каждого православного христианина должен быть духовник, который может дать совет. Часто интересуются, как же его найти? Человек ходит в храм на богослужения, слушает, как священники проповедуют. Он исповедуется и чувствует, что определенный священник его понимает, ощущает особое участие священника, находит духовную пользу от его советов. Но иногда возникают чисто психологические препятствия: трудно подойти и рассказать о грехах какому-то священнику. Или кажется, что он слишком строгий, или не понимает, или равнодушный, и исповедь может восприниматься как «что-то не то». Но в любом случае таинство исповеди совершится. Была бы только полная открытость души, осознание греховности, стремление ВСЕ сказать, ничего не утаивая. А иногда кажется, что ничего выдающегося нет в священнике, а как исповедник он очень хорош: важно, чтобы было сострадание к кающемуся грешнику. Если человек чувствует это сострадание, равно как и пользу для себя, то нужно к такому священнику прилепляться. С ним можно и советоваться по важным вопросам, не «нагружая», конечно, чем-то вроде «покупать квартиру или нет, переходить на другую работу или нет». Вопросы должны быть именно духовными.

- Почему в последнее время усложнилась подготовка к таинству крещения?

- Она не усложнилась. Перед таинством крещения в Церкви всегда проводились огласительные беседы, и не только священниками, но и архиереями. Это практиковалось именно постами, перед великими праздниками. Например, в Великую субботу, накануне Пасхи, всегда проводилось таинство крещения. Такое событие запоминалось на всю жизнь, конечно, и подготовиться к нему нужно было должным образом.

Традиция огласительных бесед была подзабыта в советское время, да и не давали возможности тогда их проводить. По старой привычке и пошло: придет священник, окрестит, и все. Хорошо, если после этого человек ходит с крестом на шее, а то бывает, и креста не носит. А Церковь для него как другая планета, и в храме он чувствует себя инопланетянином. Неразумных младенцев, которые не могут за себя отвечать, крестят по вере восприемников, то есть крестных родителей. Восприемник, принимающий дитя из купели, должен научить его вере. А как он вере научит, если сам ничего не знает? Для этого и проводят огласительные беседы с крестными, и вовсе не строго это, а наоборот, хорошо. А у нас ведь как? Окрестили, домой пошли, и за стол: закусили, выпили и забыли. Закусить и выпить, конечно, можно, но забывать духовной ответственности нельзя. «Елицы во Христа крестистеся – во Христа облекостеся» (Гал. 3, 27). То есть те, кто во Христа крестился, во Христа и облеклись. Именно крестные родители сначала во Христа облечься должны! А иначе как потом крестника воспитывать? Зачем его крестить тогда?

- Иногда говорят: надо окрестить, чтобы не болел.

- Да, говорят. И, к сожалению, действительно так считают, не задумываясь о том, что разменивают, принижают смысл великого таинства. Крестят затем, чтобы человек обрел Бога и соединился с Ним, чтобы достиг полноты счастья, жизни в Нем. Чтобы родителям не страшно было стареть в окружении своих детей. Крестят для того, чтобы сообщить ребенку духовно-нравственный потенциал, чтобы было у него правильное мировоззрение, чтобы не стал он человеком безудержного потребления, страшной гордыни и эгоизма, живущим только для себя и разрушающим себя и мир вокруг себя. Надо воспитывать ребенка в вере. Вера никогда плохому не учит. Есть заповеди, и от соблюдения их никто еще ущербным не вырос. Да, с советских времен остались пока в сознании многих стереотипы, что если ты верующий, то, значит, убогий. Да нет же! Менделеев, Достоевский, Кутузов, Суворов были верующими. Из наших современников таковыми были академик Раушенбах, композитор Свиридов и очень много уважаемых людей: ученых, спортсменов, деятелей искусства, воинов… Вера только помогает, сообщает человеку мужество и силы. При этом не следует путать смирение с принижением, раболепством и апатией. Смирение – это объективный взгляд на себя. Строгий взгляд – как мы других порой видим со стороны и говорим, что так виднее. Объективный – потому что мы смотрим на себя со стороны Евангельских заповедей, заветов Христа, Его призыва к совершенству. Смирение в том, что православный человек видит, знает свои немощи и просит у Бога помощи в преодолении их. Он трудится, и Божественная благодать «немощная врачует и оскудевающая восполняет», как говорится в одной из молитв. Смирение – это нищета духовная, которую чувствуешь, осознавая, что без Бога, в одиночку, достигнуть ничего не сможешь. Духовная жизнь – не философия, это жизнь в Боге. Открывается она через веру и воздержание от зла, через самоограничение и самоотвержение, то есть через пост. Иначе никак.

Благодарим
за помощь: